Читаем без скачивания Не надо переворачивать лодку! [Самиздат] - Комбат Найтов

- А Вы что скажете, Владимир Константинович?

- Я считаю вполне оправданными опасения товарища Андреева. Я, несмотря на хромоту, вполне способен возглавить полк, в который входит моя эскадрилья. Лучше, если этот полк будет отдельным. В полку не все самолёты оборудованы радиостанциями, поэтому будет возможность сравнить эффективность применения новой системы. А товарищу Андрееву прошу дать мою бывшую эскадрилью. Необходимо срочно перебросить на восток локаторы из Чкаловского. И, до прихода радиолокаторов, запретить полёты самолётов 28 серии.

- Товарищ Сталин! У Поликарпова готовы и облётаны две новые машины И-185 с двигателем М-82ФН. Это - опытные образцы, они ещё не прошли государственных испытаний, но, лучшее испытание - это война. - добавил я.

- Иногда я удивляюсь Вашему авантюризму и настойчивости, товарищ Андреев! Но, в целом, всё получается очень продумано, хотя и с элементами расчётливого риска. - Сталин прикурил трубку. - Глядя на Вас, вспоминаю свою молодость. Мы тоже были немного авантюристами, и очень верили в правоту нашего дела. Я поддержу Ваши предложения, товарищи. Воевать надо по-новому. Соответствующие указания вам и НКО будут переданы сегодня. Группу возглавит товарищ Коккинаки, как старший по званию, Вы же у нас, по-прежнему, лейтенант, товарищ Андреев?

- Да, товарищ Сталин! - я улыбнулся, - меня даже жена обогнала. Она получила звание старшего лейтенанта госбезопасности...

- Не расстраивайтесь, Андрей Дмитриевич. У Вас всё впереди! - Сталин улыбнулся. Стало понятно, что разговор окончен. Мы попрощались и вышли. Настроение было приподнятое! В машине я предупредил Владимира Константиновича, что Рита ждёт ребёнка, поэтому ей - ни слова!

- Андрей! Не волнуйся! Буду нем, как рыба.

Больше недели ушло на сворачивание станций, подготовку, погрузку. Неожиданно упёрся Чкалов: 'А на чём я буду летать? '185-71ФН' ещё не готов.', пожаловался Сталину, но, после этого, сам руководил разборкой самолётов, упаковкой ЗиПа, отдал трех механиков, которые занимались самолётами с самого рождения. А я попробовал в воздухе И-185 перед разборкой. Валерий Палыч с меня 'не слез', пока я не заполнил полностью формуляр вылета.

- Я тебе, как комбриг, приказываю: каждый вылет 185 должен быть оформлен по форме! Полётные листы я тебе положил, целую пачку! - потом сбавил звук голоса и проникновенно сказал: 'А меня не отпустили! Иосиф Виссарионович даже накричал на меня! Сказал, что моё дело испытывать новые самолёты. Ты, там, Андрюха, и за меня должок отдай!'

Я попросил Риту купить мне билеты до Андижана, сказал, что направляют на строительство завода радиопередатчиков в Кызыл-Кия в Киргизии, что ей лучше оставаться здесь в Москве, до рождения ребёнка. Если родится девочка, то назвать Светланой, если сын, то Митей. Что буду писать часто, а после родов заберу к себе.

- Мы впервые расстаёмся и так надолго! Мне будет очень не хватать тебя! Давай, я, всё-таки, поеду с тобой!

- Ритуля! Там абсолютно дикий край! Басмачи ещё недавно бегали. Нет жилья, нет воды, только из речки. Дизентерия, тиф. За последний год 200 человек умерло. Вот список! Рудник там вольфрамовый, поэтому учёные настаивают, что бы мы там строили электроламповый завод. Железной дороги пока нет, начали делать. Совсем другой климат. Вспомни, как тебе тяжело было в Мексике. Я хочу, чтобы у нас родился ребёнок, и, в Москве это максимально безопасно, как для тебя, так и для него. Подумай о нем, пожалуйста. Время, когда мы могли рисковать - кончилось! На нас ответственность перед ним! - в общем, уговорил!

Она посадила меня на поезд, идущий в Ташкент, были слезы, но я держался молодцом и не показывал виду, что мне тоже немного страшновато. Всё-таки, в первый раз на войну. Да и отрываться от семьи тоже не хотелось. В Сталинграде я догнал наш эшелон и пересел в него. Ехали с комфортом, в купированных вагонах. Владимир Константинович держал для меня место в своём купе. Ночью не спалось, попытался вызвать Сергея.

- Сергей?

- Я здесь.

- Я всё делаю правильно?

- Это дело уже стало твоим, поэтому ты заботишься о нём. Всё правильно! Хотя опытные самолёты на войне - ненужный риск! Но дело уже сделано. На них хоть радиостанции есть?

- Да, из тех десяти, которые были поставлены из САСШ после подписания контракта на продажу патента. Это 192-е, а не 160-ые.

- Частоты совпадают?

- Да. Но разница в напряжении питания: 14 вольт, а не 12, как у 160-й. Блоки питания разные, и 192 легче.

- Тогда 'Ой', нормально.

- Сергей, ты говорил что воевал! Как оно там? Я смогу?

- Да, воевал. В Афгане, в Сирии, в Эфиопии, в Чечне и в Южной Осетии.

'Трассера, как паутина!

Маневрирую активно!

Живописная картина!

Как Саврасова 'Грачи...

Прилетели!' Выручаем!

С огоньком нас здесь встречают

Вновь земля не отвечает!

'Ну..., разведка! Не молчи!'

Я кручусь и кувыркаюсь!

В сотый раз я зарекаюсь:

По прилёту - увольняюсь,

чтоб не я - двухсотый груз!

На хрена пошёл я в Качу?

Вот Ульяновск - все иначе:

Был бы дом, машина, дача

И водил бы я 'Арбуз' - Сергей напел песенку, голос у него приятный и не громкий.

- В Ульяновске нет училища! Ты Качу заканчивал?

- Да! Но после войны она в Сталинграде, он Волгоград сейчас называется, располагалась. А в Ульяновске - училище Гражданской авиации.

- А что такое 'Арбуз'?

- 'Эйрбас трехсотой серии' - один из самых распространённых гражданских самолётов в мире. Совместное производство Англии, Франции, Германии и Италии.

- А ты на чём в войну летал?

- В последние два раза больше на Су-25-ых, штурмовиках. Мне вторую реактивную врачи прикрыли, дескать, старый! Это самолёты непосредственной поддержки войск. У вас таких пока нет, но скоро появятся! До этого на истребителях.

- Как там, на войне?

- Страшно и ничего приятного. Но, это - наша работа. Её надо делать. И оборачиваться почаще, каждые сорок секунд. Папа мой, до самой смерти так делал: сорок секунд - поворачивает голову. Мне уже не пришлось так головой вертеть, локаторы выручали. А тебе - придётся, чтобы живым вернуться к Рите и малышу. Или малышке. Спи! Ты справишься!

В Иркутске, долго отсутствовавший Коккинаки запрыгнул в уже отходивший поезд, потом долго ходил по вагону, заходя во все купе. Вошел в наше купе и сказал: 'Андрей! С тебя причитается!' и положил на столик 4 шпалы. 'Ты догнал Риту!'

Глава 22.

'Ритуля! Здравствуй!

Как же я соскучился по тебе!

Добрался нормально. Товарищи меня встретили!

В первый раз нас бомбили ещё на марше. С горизонтального полёта, поэтому не точно, но несколько машин пострадало, были раненые среди бойцов БАО.

Завод расположен в горах, но рядом довольно большая долина и неглубокая речка, воды постоянно не хватает. Работа предстоит серьёзная: это небольшой аул, а надо построить город!

Халхин-Гол называется, сейчас она пересохла, а тот ручеёк, который от неё остался постоянно травят диверсанты самураев. С водой полный напруг. Впереди высоты, которые заняли японцы и сильно укрепились.

Погода стоит жаркая, но сегодня подул свежий ветерок!

Японцы применяют массированные налёты, до 300 самолётов в одном вылете, и, если бы мы не успели развернуть и замаскировать РЛС, потерь бы было значительно больше. А сегодня на рассвете над аэродромом соседнего полка утром появились два 'японца', которые протаранили стоянки самолётов. Лётчики не выпрыгивали. Смертники. Камикадзе. Свежий или божественный ветер. А у нас самолёты не камуфлированы, кроме наших. И стоят как на параде!

Несмотря на страшную жару, мы вырыли котлованы для корпусов завода и успешно завершаем строительство. Девять корпусов уже стоит, правда, без оборудования, а я сегодня пойду смотреть место под следующий.

Применение нами РЛС и централизованного управления ВВС переломило ситуацию в нашу пользу. Мы обнаруживали взлетающие бомбардировщики противника загодя и подготавливали свой удар. Смушкевич, который командовал авиацией отдельной армии, быстро освоился с планированием по планшету, и, несмотря на ограниченное количество радиостанций, умудрялся при помощи выкладываемых знаков направлять самолёты в нужную сторону. Моя эскадрилья служила пожарной командой, вызываемой им в тот момент, когда других сил и средств уже не было. В свалки нас старались не бросать, дескать, не наше дело. Тем не менее, мой личный счёт пополнился 9 сбитыми: 6 бомбардировщиков и 3 'И-97'.

Скоро, уже очень скоро строительство закончится. Осталось совсем не много! И я приеду к тебе!

Осталось только разгромить Квантунскую армию в 75 тысяч человек, 500 артиллерийских орудий, 182 танка, 700 самолетов. Наши войска, под руководством генерала Жукова, вчера перешли в наступление. Бои в воздухе переросли в непрерывную схватку с раннего утра и до самой ночи.